Победитель «Дакара-2017» Сергей Карякин не исключил завершения спортивной карьеры

Екатеринбургский гонщик Сергей Карякин, впервые в истории России взявший золото «Дакара» в зачете для квадроциклистов, в понедельник готовится вылететь из столицы Аргентины Буэноса-Айреса. Сначала он встретится с семьей и проведет несколько дней, отдыхая. Затем, 24 января, прилетит на родину. Корреспондент Znak.com связался с чемпионом по телефону и выяснил, каково это – быть обладателем «Золотого бедуина», в какую сумму победный трофей обошелся Карякину и планирует ли гонщик продолжать свою спортивную карьеру.

— Каково ощущать себя победителем «Дакара» и какие ближайшие планы чемпиона?

— Это еще новый статус для меня, и я до конца этого даже не понял еще для себя. На самом деле просто очень устал после гонки и сейчас, что называется, отлеживаюсь. «Дакар» — это действительно очень тяжело. Недаром считается, что это самая сложная гонка в мире. Конечно же, очень рад, но пока сильнее ощущение разбитости. Саму победу воспринимаю как компенсацию за те вложенные усилия, которые были потрачены на это. Что касается ближайших планов, то уже сегодня планирую вылетать к семье. 

— Сергей, 14 января мы видели, как ты поднял свою «Ямаху» перед подиумом на дыбы, как получал «Золотого бедуина» и пил шампанское, что происходило в эти дни после награждения?

— В эти дни шла организационная работа. Прежде всего, загрузка технички. Перегружали запчасти, загружали квадроцикл. Очень много разных вещей еще попутно делалось. Любой участник «Дакара» на самом деле не может просто так все бросить, после финиша эта история не заканчивается. В конце концов, есть огромное количество людей, которые едут с тобой в сопровождении. В моем случае, правда, это были всего два человека. Все сейчас разъезжаются. А я… В данный момент просто лежу на кровати и отдыхаю. Если честно, элементарно нет сил на что-то другое.

— Вы сегодня грузите технику на паром еще?

— Вчера было. Сейчас в Аргентине 10 утра. 

— Сейчас один из главных вопросов, как кажется: Who is Mr. Karyakin? Как бы ты сам ответил на него: можно ли Сергея Карякина действительно называть «обычным парнем» из Екатеринбурга, который сделал себя сам, или, как говорят другие, Сергей Карякин — это представитель очень небедной семьи, который мог себе позволить «Дакар»?

— Несомненно, когда я только начинал в 13 лет ездить на квадроцикле, мне сильно помогал отец. Сейчас в этом уже никак не участвуют деньги семьи. Меня родители просто поддерживают морально, своей любовью и теплом. Но все деньги, которые у меня тратятся на «Дакар», это чисто спонсорские средства. Например, в этом году это деньги компании «Fores» (работает в химическом секторе, в частности, поставляет составы для гидроразрыва нефтеносных пластов – прим. ред.). Конечно, это колоссальные бюджеты для меня. За все годы, что я участвую в «Дакарах», это уже десятки миллионов рублей. 

— В какую сумму обошелся «Дакар-2017», какова в буквальном смысле слова цена победы?

— Больше 10 млн рублей.

— Я задавал тебе этот вопрос в прошлые годы, интересует, поменялось ли что-то сейчас — государство как-то поддержало тебя?

— Государство, если честно, абсолютно осталось в стороне. И это для меня на самом деле очень обидно. Речь не только о деньгах. Мне элементарно не могут дать звание мастера спорта, которое я, как кажется, давно заслужил, становясь призером чемпионата мира, чемпионом России. Я все еще остаюсь кандидатом в мастера спорта, в звании, которое получил уже очень давно. На самом деле это обидно. Есть понимание, что я живу в этой стране, выступая на соревнованиях такого уровня, являюсь ее лицом, ее представителем, а Родина остается к тебе безучастной. Тем более это обидно в ситуации, когда ты стараешься.

— Был какой-то диалог по поводу участия государства?

— Диалоги были, даже на самом высшем уровне. Но, к сожалению, этот никак не сработало.

— В этом году в Facebook обсуждали, что ты впервые ехал без символики России на амуниции. Или все-таки выступал с ней?

— Российский триколор был на экипировке, с флагом я выезжал на старт. Все это есть на фотографиях. Конечно, жаль свои старания, и есть непонимание: то ли [чиновникам] настолько все равно, то ли у них просто нет времени. Но это все не настолько, чтобы не брать с собой флаг России. Это же не страна виновата.

— Наверняка поступило просто море поздравлений, чье наиболее запомнилось или сильнее всего удивило?

— Много кто в действительности поздравил. Друзья болели за меня и каждый день писали сообщения. Это мне очень помогало. Но, если честно, сейчас даже и не вспомню, кто меня первым поздравил. Наверное, первым был Стас Куренков, друг.

— Как в семье отреагировали на столь долгожданное известие?

— Нормально.

— По ходу гонки возникали ли какие-то проблемы?

— На самом деле в начале «Дакара» я очень сильно заболел. Подцепил, видимо, какой-то вирус, когда летел сюда в самолете, и потом это просто все усугубилось. Особенно когда ты едешь в жаре плюс 40 градусов и выше, потом все это меняется на холод и дождь с градом. Была такая чугунная голова, что я ни о чем не мог думать, не мог толком сконцентрироваться на гонке. Был еще вопрос по техничке. У нас, к сожалению, была только одна машина обеспечения. Вести еще одну машину в Южную Америку — это очень дорого, и такой возможности не было. Здесь у нее случилось несколько поломок, но благодаря моей команде, Сергею Говорухину и Александру Доросинскому, все кончилось благополучно. Они едва ли не своими руками толкали эту машину от этапа к этапу. У Саши под 40 градусов температура поднялась, он настолько устал, что организм не мог уже нормально функционировать. Ребята реально не спали по три дня, ходили с лопнувшими сосудами в глазах. Но работали и выполняли, если так можно выразиться, свой долг. Они совершенно точно шли вместе со мной до конца во всех смыслах этого слова.

— К этой гонке ты снова готовил свой квадроцикл от капота и до багажника, если так можно выразиться. Как он показал себя и придется ли что-то еще дорабатывать в конструкции?

— Дорабатывать нужно будет всегда. Технологии не стоят на месте, другие гонщики развиваются, и свой квадроцикл надо тоже постоянно улучшать. У меня было пять проколов колес за эту гонку. На то, чтобы их поменять, я потерял порядка 40 минут. Это огромное гоночное время. Чтобы этого избежать, можно использовать специальный мусс. Проблема в том, что тот мусс, который можно купить в простой продаже, он не очень хорош. В идеале нужна собственная разработка какая-то. Но это уже задача для химического института. Кстати, все, кто едет в топ-10 ралли-марафона, поддерживаются государством, госкомпаниями, национальными мотофедерациями и Олимпийскими комитетами. У них есть свои формулы этих муссов, но делиться ей, конечно же, никто не будет. Там системы такие, что если даже прокалываешь колесо, то можно ехать дальше.

— Ты же в этом году собирался ехать с запасным колесом? 

— Да. В прошлом году я проколол очень сильно в самом начале спецучастка, у меня не было тогда запасного, и я много потерял тогда. В этом году решили не рисковать и взять запасное колесо, несмотря на то, что это лишний вес.

— Каков следующий спортивный горизонт для победителя «Дакара-2017» — «Дакар-2018»?

— Все зависит от бюджета. Ехать так же, как в этом году, я не готов. У меня осталась сейчас просто гора долгов, многое делалось вообще на последние деньги. Но у меня есть все-таки семья и двое маленьких детей. Это очень тяжело так делать, когда приходится тратить деньги на гонку, а не на семью. Это абсолютно неправильно. Да, я шел к своей цели и добился ее, да, хочется участвовать дальше, но, повторюсь, все зависит от бюджета.

— Нет мысли поменять вид автоспорта, ты же раньше делал неплохие успехи в классическом авторалли, это вроде бы более привычная вещь для спонсоров?

— Конечно, я бы очень хотел снова сесть за руль автомобиля. Но бюджет того же «Дакара» для машины в десять раз больше. Ценник от 100 млн рублей. Да, я неплохо езжу, но для того, чтобы продолжать так делать, надо тренироваться, а тренировки тоже стоят безумно дорого. То есть бюджет гонщика не ограничивается затратами только на «Дакар» или любую другую гонку.

— Такое складывается ощущение от разговора, что есть мысль вообще закончить спортивную карьеру. 

— Мне бы не хотелось. Но все зависит от того, удастся ли найти спонсора или нет.

— Хорошо, в Екатеринбург ты прилетаешь в 14:00 24 января. Что планируешь делать по прилете? Может быть, как раз пришло время для семьи и детей?

— Времени на отдых толком нет. Из-за «Дакара» меня месяц не было на работе и сейчас надо наверстывать все пропущенное. Кроме того, надо как-то разбираться с долгами, которые остались после гонки.

Источник: www.znak.com

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.